Walk-in Day #10

Walk-in Day позади💥

Хочется отметить, что это первое официальное и такое масштабное мероприятие в нашей новой студии! Надо сказать, мы все немного волновались как все пройдёт. И благодаря вам праздник удался!☺️ Спасибо всем и каждому, кто пришёл в этот день к нам в гости!❤️ Это было безумно весело и незабываемо!

А на память остались замечательные воспоминания и фотокарточки от @_yaroslav_gordienko

P.s Мы обязательно повторим😉🖤

МЫ ДЕЛАЕМ НЕ ПОЛИНЕЗИЙСКУЮ ТАТУИРОВКУ, А ПОЛИНЕЗИЙСКИЙ СТИЛЬ.

Андрей: Привет, Никита. Мы хотим познакомить общественность с тобой и с тем, что ты делаешь. Расскажи немного о себе.

Никита: Привет, Андрей.) Мне 24 года, сам из Минска. Занимаюсь татуировкой с 2015 года и специализируюсь непосредственно на орнаментах Полинезийского региона.

Андрей: Расскажи, как ты пришёл в татуировку?

Никита: Я достаточно рано начал делать татуировки на себе, но для меня это ремесло казалось чем-то недостижимым.

Несколько лет назад я познакомился с Сашей Михеенко, делал у него татуировки и в процессе общения рассказал, что рисую граффити, но не знаю как себя реализовать в жизни. Саша мне показал татуировщиков, которые вышли из культуры граффити и, тем самым, мотивировал меня. Моей целью стала реализация себя в качестве татуировщика и я начал копить деньги на машинки. Первые машинки купил как раз у Саши, некоторыми работаю до сих пор.)

 

Андрей: В начале своей карьеры ты делал разные татуировки?

Никита: Ну, рисовал я разные вещи, но татуировать я начал достаточно поздно. Прежде чем впервые взять машинку я много времени проводил в студии, непосредственно в Good Sign. Учился, смотрел, задавал вопросы. Целый год работал администратором и только после этого начал татуировать. У меня не было мысли «вот я возьму сейчас машинку и как раздам!». Подготовительный процесс был очень долгим. Работая администратором, я изучал историю этой культуры.

 

Андрей: Почему ты выбрал орнаменты? И почему тебе это интересно?

Никита: Орнаменты я выбрал не сразу. Ребята во многом мне помогли определиться со стилем и направлением. Наблюдая за тем, как я пытаюсь всё структурировать и найти какие-то пропорции в рисунке, они посоветовали мне обратить внимание на орнаментальную татуировку. Я всегда хотел делать традиционные татуировки, и меня убедили, что более традиционных татуировок, чем орнаменты — нет.)

Опять же, изучая историю культуры татуировки, в принципе, я понял, что Полинезийские орнаменты внесли свой вклад в развитие татуировки в Европе. Само слово «татуировка» имеет полинезийское происхождение и появилось в XVIII веке. Также я увидел очень классные работы Виталика, они произвели на меня впечатление. Когда я познакомился с примерами работ мировых мастеров, узнал чуть больше об истории, я понял — это очень круто, все выглядит очень здорово, традиционно и имеет сильное мировое движение. Тот факт, что в этом стиле работает не так много мастеров, пробуждает во мне интерес делать что-то уникальное, но в тоже время что-то очень традиционное.

 

Андрей: Можешь рассказать немножко больше об истории Полинезийской татуировки?

Никита: Это достаточно сложный вопрос. Она кажется мне трагичной. Каких-то конкретных и точных сведений очень мало осталось, и достоверной информации

практически нет. Существуют книги об этом, в том числе и на русском языке, но они больше описывают общие черты Полинезийской культуры и охватывают только тот период, когда на острова прибыли миссионеры и оказали сильное влияние на традиционную культуру. На многие вопросы о том, как это было до появления белого человека, точно невозможно ответить.

 

Андрей: Ты считаешь сохранять традиции в полинезийском стиле татуировки это правильно? Или лучше больше экспериментировать? Если сохранять традиции, то почему?

Никита: Мне кажется, стоит определить чёткую грань: где традиционная полинезийская татуировка со своей историей, где эта история заканчивается и начинается современная полинезийская татуировка. Скорее всего, это даже не полинезийская татуировка, а полинезийский стиль. Мне кажется, в принципе, наше отношение к этим татуировкам другое. Мы можем прожить и без татуировок, а в традиционном полинезийском обществе татуировки имели важную роль и большое значение. Мужчины стремились получить татуировку, это был необходимый обряд инициации, татуировка меняла общественный статус.

Очень важно понимать, что в нашем обществе шире картина мира, больше свободы действий и возможностей, по сравнению с древним Полинезийским.

Я не шаман и не владею сверхъестественными способностями, которые могут изменить судьбу человека. Мои отношения с клиентами имеют другой характер, нежели в традиционном полинезийском обществе. Моя основная задача — сделать хорошую татуировку, которая выглядит круто, хорошо вписана в тело человека и не деформируется со временем. Знание истории и её понимание — это интересный бонус, я так считаю.

Андрей: Но ты придерживаешься традиции в татуировке?

Никита: Сложно сказать, поскольку я использую не традиционные инструменты, а современные. Даже построение орнамента, его динамика и степень детализации, которая встречается в моих работах, делает его отличным от традиционных татуировок, которые можно увидеть в книгах. Мои работы выглядят современно и достаточно сложно. Но изучать историю мне интересно, я считаю это необходимым. Элементы, которые я использую, имеют традиционные корни, относящиеся к истории этого региона. Возможно, наступит момент, когда мне надоест однообразие традиционных паттернов и захочется создавать свои, но пока я сосредоточен на изучении того, что уже было.

 

Андрей: Как ты считаешь, стиль в котором ты работаешь популярный ?

Никита: Я думаю, что нет. Но, тем не менее, существует узкий круг людей, которым нравится, как выглядят такие татуировки.

 

Андрей: Ну, а как же известные актёры Дуэйн Джонсон или Клуни? Или какие-нибудь фильмы? Мне кажется, в масс-медиа много полинезийской татуировки.

Никита: Не знаю. Мне кажется, как раз Дуэйн Джонсон — единственный пример, который приходит на ум. Хотя утверждение о том, что полинезийский стиль татуировки популярен среди звёзд — присутствует в разных статьях в интернет-пространстве. Джордж Клуни не имеет на себе таких татуировок. Да, в фильме «От рассвета до заката» ему нарисовали трайбл на всю руку, и это, наверняка, сделало свой вклад в популяризацию таких татуировок. Это же не татуировка Клуни, а татуировка персонажа, которого он играет. Такие татуировки, скорее, придаёт некий таинственный и брутальный образ персонажу. Мне кажется, подобные татуировки распространены среди спортсменов. Сам Дуэйн в первую очередь спортсмен, как и его дедушка, который был профессиональным рестлером Самоанского происхождения, имел на себе очень классную традиционную татуировку, которая, насколько я помню, называется Пеа.

 

Андрей: С какими трудностями ты сталкиваешься в работе?

Никита: В принципе, процесс рисования, переноса рисунка и татуирования, всё это достаточно тяжело. Но, с опытом ты находишь разные методы и приёмы, которые позволяют ускорить процесс и облегчить его. Конечно же, много времени и энергии уходит на общение с клиентами. Проблема заключается в разном уровне наших знаний. Прочитав разные статьи в интернете о том, что каждая линия настолько важна, что может изменить жизнь человека, люди начинают придавать этому слишком большое значение. Хотя, как я уже говорил, для нас это не может играть такую максимально значимую роль, как в древней традиционной татуировке. В подобных случаях приходится общаться с людьми, рассказывать, объяснять, что тогда была одна культура, сейчас у нас другая культура, мировосприятие другое и причины, почему мы делаем эти татуировки тоже у нас другие.

Даже если рассмотреть вопрос санитарии. Сейчас мы знаем о разных инфекциях и болезнях, понимаем как они передаются, как нам обезопасить себя. В древнем обществе о таком даже не имели представления. Если человек заболевал или умирал после татуировки, то этому находилось только одна причина – этот человек был не достоин носить такое дорогое и значимое украшение и за это боги или духи покарали его. Не говоря уже о том, что татуировки сделанные в традиционных условиях были очень болезненными, это было настоящим испытанием. Безусловно, на разных островах традиции выполнения ритуала отличались. На Самоа татуировка должна была быть выполнена в определённый срок, делалась один раз и больше не продолжалась. На Маркизских островах татуировки делались постепенно, на протяжении всей жизни. Наличие большого числа татуировок говорило о человеке многое, потому что это не дешёвое украшение и продолжительность жизни была не большой. Отличия в традициях татуирования заключались не только в этом.

 

Андрей: Ты для себя выбрал Маркизский стиль?

Никита: Как-то так сложилось, что да. Я рисую и делаю татуировки, вдохновляясь историей этих островов. Этот стиль мне интересно рисовать, потому что в нём больше элементов, нежели в других стилях. Композиционно он может быть более разнообразным. Элементы в Маркизском стиле более содержательные. В принципе, что касается Полинезии, насколько я знаю, Маркизские острова всегда были эпицентром ремесленничества. Там были очень развиты резьба по дереву, скульптура из камня и

татуировка. Все эти виды ремесла тесно связаны друг с другом. Мне интересны и другие стили Полинезийских орнаментов. В наше время есть несколько мастеров, которые могут удачно их смешивать и сочетать. Возможно, когда-нибудь я тоже приду к этому.

Андрей: Если человек захотел себе сделать татуировку в Полинезийском стиле, но ничего об этом не знает, с чего ему стоит начать?

Никита: Найти того мастера, чьи работы вам нравятся. Прийти на консультацию и задать все интересующие вопросы. Иногда ещё нужно дождаться своей очереди.

Важно слушать то, что вам говорит татуировщик и доверять его опыту. Тем более, если вы выбрали мастера по примерам его работ, то не нужно пытаться подстроить его под себя. Чаще всего, такая «совместная» работа никому не доставляет удовольствия. Понятно, что многие в татуировке хотят выразить свою уникальность и индивидуальность, но порой выбирают не самые лучшие методы. Хорошо выполненная, большая татуировка сама по себе уже уникальна, тем более, если мастер рисует дизайны для каждого клиента. Что может быть исключительнее и индивидуальнее, чем это?

Выбирайте мастера, знакомьтесь с ним, рассказывайте свои пожелания и идеи, выслушивайте и старайтесь понять все критические замечания от мастера относительно вашей идеи. Определите общую цель и достигните взаимопонимания.

С вопросом ознакомления с историей и значением полинезийских татуировок всё гораздо сложнее. Нет общедоступных и простых способов получить информацию об этом. На её поиски понадобится время и смекалка, чтобы понять, где её искать. С нашим темпом жизни не многие могут позволить себе заниматься такой научно-исследовательской работой.

Мастерам, которые составляют разнообразные паспорта татуировок и подают эту информацию как достоверные знания, я бы не доверял. Это всего лишь их трактовка, они могут ошибаться.

Раньше, по просьбе клиентов, я рассказывал свою интерпретацию выполняемых мною работ, но сейчас я стараюсь этого не делать, потому что сам ставлю свои знания под сомнения.

Для меня в работе важна честность и понимание того, что я делаю, считаю это частью профессионализма. Людям, с которыми мне приятно работать, с которыми у меня дружественные и доверительные отношения, я предоставляю разного рода первоисточники, фильмы или книги, переведённые на русский язык, которые я собираю. Постепенно, я работаю над изучением и подготовкой этих материалов, но на это нужно время и ресурсы, которых всегда не хватает.

Андрей: Спасибо за интересную и приятную беседу.

Никита: Спасибо Андрей за предоставленную возможность порассуждать на темы, которые меня интересуют, надеюсь это будет интересно и полезно для читателей. Желаю всем успехов!

КАК ТУР-МЕНЕДЖЕР РОББИ УИЛЬЯМСА НАБИВАЛ В МИНСКЕ ТАТУХУ С ЛИСИЧКОЙ

Пока робби уильямс готовился к своему минскому концерту, его тур-менеджер джеки хилдиш, почетный панк германии, сделал в минской студии good sign свежую татуировку. kyky разузнал, чем джеки украсил своё тело и почему он выбрал именно эту тату-студию.

О Робби Уильямсе вам рассказывать не надо, о Good Sign Studio мы уже рассказывали, а вот о Джеки Хилдише – ещё нет. Джеки родом из Германии, и в молодости он сам был музыкантом – валил на басу оголтелый панк. Успел поиграть в группе «матери немецкого панка» Нины Хаген, а ещё – под псевдонимом Jäki Eldorado собрать пару групп, о которых, увы, даже гугл помнит немного.

В 80-х Хилдиш стал организатором концертов и тур-менеджером лучших немецких рок-групп. В 1987 Джеки организовал «Bunter Abend für eine schwarze Republik» («Разноцветный вечер для чёрной республики») – хитовый тур по Германии главных звёзд местной панк-сцены Die Toten Hosen. Джеки успел поработать и с Einstürzenden Neubauten, одними из главных героев европейской экспериментальной музыки 80-х. Позже, в 2000-х, славного немца стали приглашать и поп-звёзды: в 2004 Хилдиш впервые присоединился к тур-команде Робби Уильямса, в 2009 стал тур-менеджером Morrissey. Даже Tokio Hotel во времена популярности не обошлись без услуг Джеки.

Конечно, у нас о Хилдише знают только самые дикие фанаты. Так что ничего удивительного, что ребята из Good Sign немца не узнали: ни по подписи, ни в лицо

***

У Джеки уже была идея для тату, и наш мастер Андрей Винтиков её воплотил: набил на груди Джеки лисичку. Это был графический рисунок, кажется, с какой-то древней вазы. У Джеки и до этого уже была пара татуировок: видно, путешествует и в разных странах делает новые тату. Точно видел у него татуировку от мастера из Хельсинки, ещё какие-то рисунки на груди – все в традициях графической татуировки.

Конечно, он моложе душой, чем по паспорту. Такие тусуются до самой поздней старости! Приятный мужчина, общительный очень. Благодарил нас, говорил, что всё понравилось. Наш товарищ даже в магазин зашёл, и они вместе с Джеки оформили по пятьдесят за встречу.

полная статья (http://kyky.org/heroes/kak-tur-menedzher-robbi-uilyamsa-nabival-v-minske-tatuhu-s-lisichkoy)

«ЧАСТО ЛЮДИ ПРИХОДЯТ СО СТРАННЫМИ ИДЕЯМИ».

Александр Михеенко — татуировщик. Сперва он «забил» друга — без эскизов и в антисанитарии. Теперь у него своя студия, в которой один час работы стоит 120 рублей. Мы провели один день с татуировщиком и узнали, как хобби превратилось в ремесло, кто чаще всего приходит со странными идеями, кто лучше переносит боль и во сколько обойдется татуировка на всю руку (спойлер: немало).

Читать полностью на tut.by

«У ЛЮДЕЙ СЛОЖИЛСЯ ОБРАЗ: У ТЕБЯ ТАТУИРОВКА — ТЫ КЛАССНЫЙ»

Как всё начиналось. Рассказывают мастера

Андрей Винтиков: Первую наколку я себе сделал в 2001 году, на лопатке. Женщина, с сиськами, эротично. Делал Юра Брестский, очень известный в Беларуси мастер.

Александр Михеенко: А я в 1998. Черепа какие-то, демоны — юношеский максимализм. Тогда ты приходил в студию, там лежали журналы, ты выбирал сфотографированную татуировку, шёл на ксерокс за углом, там её увеличивал, и мастер тебе её сразу переводил. Потом можно было ещё десятерых встретить с той же тату: все делали у одного мастера. «Нормальная же наколка, из журнала!» Я делал ту татуировку во Вроцлаве, в Польше, и для меня это была магия: студия, мастер-скинхед весь в тату, на стенах плакаты с тату-конвенций, постоянно приходят какие-то странные чуваки. Сразу видно, что жизнь у мастера проходит в другом измерении, не так, как у простых людей. Космос!

***

Что такое Good Sign Studio и как в Минске открыть салон тату

Андрей Винтиков: Студии скоро будет 2 года, открылись в марте 2013 в одном месте, в прошлом году переехали сюда.

Александр Михеенко: Сначала мы все ковырялись по домам. Ребята из Минска, а я из Баранович, я там промышлял. Ездили на конвенции, подсматривали мастеров, росли. Лет пять назад познакомились с Виталиком: общий товарищ пригласил поехать с ним на конвенцию во Львов. В то время людей, интересовавшихся татуировкой, в Минске было немного. Встретить их можно было там, где продавали расходники — там и знакомились.

Андрей Винтиков: Студии, конечно, существовали в Минске и до нас, и нам совсем не хотелось открывать свою. Но те студии, которые существуют — это сугубо бизнес-проекты, которые по уровню остались где-то в 90-х.

 

***

Раньше-то, если у тебя тату из-под одежды торчала, ты палился, к тебе могли зеканы подойти на улице с вопросами. Да и просто люди косо смотрели.

 

 

Полная статья (http://kyky.org/money/u-liudiei-slozhilsia-obraz-u-tiebia-tatuirovka-ty-klassnyi)

 

«ЛЮДИ ГОВОРЯТ: „ОТПРАВЬ ЭТИХ ТАТУИРОВАННЫХ НА СТРОЙКУ, ОНИ ПОМРУТ“. А Я ВОТ НЕ ПОМЕР»

Саша родился в Барановичах в 1979-м. Родители работали на БПХО. Говорят, втором по величине и мощности хлопчатобумажном комбинате СССР. Мама — ткачиха, папа — помощник мастера в ткацком отделении. Родители мечтали вырастить из сына баяниста. Отец играл на этом инструменте, а мать любила петь. На дни рождения или свадьбы собирались всем подъездом. Папа приносил баян, мама затягивала. Могла спеть «Ой, мороз, мороз», но в основном исполняла по-польски.

***

В 1996-м Михеенко окончил школу. Думал поступать на архитектуру в Минск. Но в семье не хватало денег. Мать уволилась с ПХБО и поехала к польским родственникам на сезонные работы. Пару раз съездила на клубнику — заработала. Из Польши за месяц можно было привезти около $300. Реально большие деньги. Саша хотел заработать свои, потому пошел на стройку подсобным рабочим.

***

Разница между Барановичами и Вроцлавом оказалась разительной.

— У нас люди ходили на дискотеку в заправленных в штаны свитерах. Ты надевал старую рабочую куртку отца. Все равно же в драке оторвут рукав: я сюда не танцевать пришел. Ребята заворачивали шапочку блинчиком и надевали на макушку. Когда люди все-таки танцевали, то делали это в кругу, через который нельзя было пройти. Девки кидали внутрь сумки. Рядом двигалась основа, ребята помладше где-то рядом. А во Вроцлаве я смотрел на дреды, ирокезы, девочек в ботинках Dr. Martens и думал: «И что, их никто не бьет за это?»

Самый неблагополучный район Вроцлава назывался «Бермудский треугольник». Считалось, что люди, которые туда попадают, не возвращаются. Тамошнее население называли люмпен-пролетариатом. Панки, рокеры, футбольные фанаты, сгусток из представителей других субкультур. Совершенно случайно белорус познакомился с ребятами оттуда.

— Мама одного парня снова вышла замуж в возрасте 50 лет и уехала. У него была свободная комната. «Слушай, да живи ты у меня. Чего ты куда-то будешь ездить?» Я надувал матрас и спал там. Парня, помню, зовут Войтек. Тогда он разводил пауков. В квартире было очень-очень много птицеедов. Сейчас в Лондоне живет. Рыбок продает… Вообще, район был — как в клипах Wu-Tang Clan. Все стоят такие, тусуются, а тут резко приезжают две машины и люди в штатском начинают всех обыскивать. Руки на стену, ноги на ширине плеч. С этими ребятами я прожил пять веселых лет. Потом полиция отправила на родину за отсутствие необходимых документов.

***

Стоял 2005 год. Пока парень ждал решения своей судьбы, в руки попала самодельная машинка. У товарища было много татуировок [тело на черновик похоже — прим. Onliner.by], но ни одной хорошей.«Гляди, у меня тут недоделано. Ты же вроде рисовать можешь. Сделай мне». — «Ну, я как бы в жизни не делал, но интересно». — «Ну давай». Михеенко стал бить по-живому. Из синего расплывчатого пятна нужно было сделать палача в капюшоне и с топором.

— Не знаю, как там и что зажило, но процесс мне очень понравился. Ощущение, будто делаешь что-то такое, что останется с человеком на всю жизнь, проняло. Мне захотелось заниматься этим дальше.

***

— В 2006-м автостопом поехал на фестиваль тату в Питере. Там у меня произошел переворот сознания. Четко понял: либо завязываю, либо занимаюсь этим всерьез с качественным оборудованием, красками и иголками. Работал на стройке, деньги откладывал, ездил на конвенции, что-то колол. А в 2009 году стал искать сенсея. В итоге отправился в Минск к Юре Брестскому. В 2010-м окончательно завязал со стройкой. Поехал на конвенцию во Львов. Там сдружились с Виталиком Блашко. Решили, что было бы неплохо объединиться и сделать свою студию. На первых порах работали творческим союзом с Блашко и Максимом Мельником в студии Аллы Ромазановой.

Потом меня пригласили в краковскую студию Kult. Там я понял, что в Минске надо создавать серьезную тему. Вернулся и предложил ребятам. Те согласились. В итоге брал в долг у всех, кого видел, и оформлял документы. Потом год отдавал. Наш салон Good Sign открылся в 2014-м. Вокруг теперь команда единомышленников, людей, для которых это не просто заработок, а творчество. Мне по кайфу.

***

Теперь он много ездит, работает в удовольствие и одержим идеей развивать тату как культуру. Почти как Жак-Ив Кусто.

Полная статья (https://people.onliner.by/2016/11/29/sasha-tatoo)

«НЕКОТОРЫЕ КАРТИНКИ ХОРОШИ В РАМКЕ НА СТЕНЕ, А НЕ НА ТЕЛЕ»

 

Цивилизованное общество захватила первобытная форма искусства – рисунков на теле сегодня нет разве что у бабушек и младенцев. where Minsk отправился в студию Good Sign Tattoo, чтобы спросить известного минского мастера Александра Михеенко о феномене популярности татуировки.

Подробнее статью вы можете прочитать тут.

«КУПОЛА НА ВСЮ СПИНУ? ВООБЩЕ ОТЛИЧНАЯ ТЕМА».

Дэн Гилсдорф 22 года рисует на людях и позволяет рисовать на себе. В мире тату он топовый персонаж — почти как Григорий Лепс в беспощадном русском шоу-бизнесе. В ноябре улыбчивый житель Портленда принял приглашение мастеров из минского тату-салона Good Sign Tattoo и провел в Беларуси рабочую пятидневку. Не отвлекаясь от производства, американец подробно рассказал Onliner.by, как мода на татуировки вредит культуре, признался, что раньше считал Беларусь мистическим местом, и объяснил, зачем собрал машину, которая убивает фашистов.

***

Гилсдорф из Портленда. Ему 43 года, 22 из которых посвящены тату. Недавно жена Дэна получила грант на написание книги о современном искусстве в Польше и отправилась в Варшаву. Гилсдорф не захотел любви на расстоянии и двинул в Европу за супругой. А от Варшавы до Минска — всего ничего

— Я начал работать в 1993-м, — говорит Дэн. — Кажется, загорелся татуировками еще в детстве. Пытался определиться по жизни, постоянно думал, чем заняться. В итоге надумал и поступил в школу искусств. Когда мне стукнуло 18, первым делом я отправился в салон. Да, в Америке татуировки можно набивать только с 18 лет. Образцы работ на стенах, представители субкультуры — салон показался мне магическим местом. Вообще заворожил. В общем, в 19 лет я решил: «Окей, ребята, тату станет моей жизнью», — и придумал студию Atlas Tattoo, в которой работаю до сих пор.

***

Дэн ждет первого за день клиента и, собираясь делать эскиз, вспоминает дебют в ремесле.

— Это был жесткий панк. Все его тело покрывали просто ужасные татуировки. Я ничего не мог испортить, даже если бы сильно постарался [смеется. — Прим. Onliner.by]. Панк сказал мне: «Малой, вали что хочешь и как хочешь». В итоге мы выбрали логотип его любимого пива и сделали небольшую татуировку. Процесс был несложным, результат — отвратным. Но панку было все равно.

***

— И помните: татуировка должна быть не от моды. Все-таки жизнь дольше, чем мода, — говорят ребята, углубляясь в разгоревшийся рабочий день.

 

 

Полная статья (https://people.onliner.by/2015/12/01/tatu-3)

Тобой забытые ритмы.

Поговорим о джазе…

Татуировщик и один из основателей студии Good Sign Tattoo Александр Михеенко @aleksandr_miheenko и музыкант Сергей Романович @siarhei_ramanovich поговорили о джазе.
💫💫💫
Организация мероприятий и участие в них временно приостановлены(на неопределенный срок), однако, желание быть активным, говорить и делиться по-прежнему с нами.

С чего всё начиналось, что такое джипси-джаз, выдающиеся джазмены, джазовая атмосфера в Минске, белорусские музыканты в этом направлении, отсутствие джаз-клуба.

Об этом и не только пойдут размышления в нашей передаче «Тобой забытые ритмы». Посмотреть полное видео можно по ссылке https://www.youtube.com/watch?v=5cl6ojJYFTY
Приятного просмотра! 😉

 

 

Гаражная распродажа

Наш первый Free Market.
🌂👘👖🥾🧢👓
16 февраля стал отличным днем для поиска сокровищ!
Мы предложили совершить путешествие в нашу студию, чтобы найти свое.
⠀👘🎩💼👓🌂👗🏸🎮🚲⛺🕰📚
Для осуществления этой идеи выбрали формат гаражной распродажи.
Жемчужины из личной коллекции наших мастеров, заряженные творчеством и путешествиями.
Мы были рады всем гостям и кладоискателям.
Классные вещи обрели новых владельцев.
Ближе к вечеру мы тоже вошли в кураж и подобрали для себя несколько мощных аутфитов.